ЗОЯ: «Я Шнурову доверяю на двести пятьдесят миллионов процентов»

Зоя, проект Сергея Шнурова, группа Ленинград. Певица Ксения Руденко Интернет
Солистка проекта «Зоя» Ксения Руденко рассказала, в чем кайф «Ленинграда», как работается под началом Сергея Шнурова и как она относится к мату.
Поделиться в соцсетях:

М. Антонов: — Друзья! У нас певица Зоя! Зоя и «Ленинград», Зоя и Сергей Шнуров. Зоя, привет!
Зоя: — Здравствуйте!

М. Антонов: — Прекрасно выглядишь!
Зоя: — Спасибо. Я старалась.

М. Антонов: — И, главное, не даешь забывать о себе, потому что каждую неделю вы с Сергеем Шнуровым как по часам выпускаете новые песни. Некоторые пишут: горшочек, уже перестань…
Зоя: — Нет, нет, нет!

М. Антонов: — Что это такое: вечером в газете, утром в куплете? Или…
Зоя: — Все зависит только от вдохновения Сергея Владимировича. У нас нет никакого расписания, никакого плана, мы никогда не знаем, что будет. Мы приходим на студию и уже готов новый шедевр. Дело одного дня.

Аудио:

М. Антонов: — То есть, приходишь на студию, он: я здесь вещичку одну придумал!
Зоя: — Да, именно так.

М. Антонов: — Опять же, Зоя, ты можешь сказать, ты по имени-отчеству с ним?
Зоя: — Сергей Владимирович.

М. Антонов: — Может, возьмем… тему предложить.
Зоя: — Нет, если бы даже я хотела, я бы не успела за его потоком мыслей. Всегда он дает нам вдохновение, тему, идеи.

М. Антонов: — Четкий план работы у Сергея есть.
Зоя: — Этого никто не знает, но, думаю, это все вдохновение, какой-то его гениальный разум. И поток таланта, который мы с удовольствием поддерживаем.

М. Антонов:— Это здорово! Так же можно привыкнуть!
Зоя: — Думаю, что вскоре этот поток не остановится. Это будет продолжаться, покуда мы есть и можем творить.

Зоя: — Он приходит уже с партитурой? Тут ты, тут я, тут танец, а тут ребята на заднем плане что-то…

Зоя: — Иногда есть какие-то идейки, но это потом все обрастает, это все может поменяться за 15 минут десять раз. Процесс творческий. И мы никогда не знаем, как получится в итоге начиная от записи песни и заканчивая уже съемками, монтажом и прочее, это такая буря, лавина.

М. Антонов: — То есть, у вас конвейер. Если он пришел с готовым текстом, все закрутилось?
Зоя: — Да.

М. Антонов: — Камеры включаются, музыканты репетируют, ты распеваешься, Шнуров дремлет.
Зоя: — Нет, я никогда не видела, чтобы Сергей Шнуров, как вы сказали, дремал. Это всегда очень бойко, весело и активно.

Видео:
https://www.youtube.com/watch?v=sy8EVEPXGXM

М. Антонов: — Ты можешь подойти и сказать: Сергей Владимирович, а давайте мы тут «фигня» на другое слово…
Зоя: — Никогда в жизни я так не скажу! Нет!

М. Антонов: — Правки не принимаются?
Зоя: — Ни в коем случае. Ну, что вы! У меня еще нет такого, как говорят, скилла – возражать Сергею Шнурову. Я себе не позволяю таких вещей.

М. Антонов: — Приход в «Ленинград» — это сразу плюс пять.
Зоя: — Я с вами согласна, да. Мне все нравится всегда, я ему доверяю на двести пятьдесят миллионов процентов. Мне всегда всё нравится, хороший работник, получается.

М. Антонов: — Ну, подожди! Так не бывает.
Зоя: — Да, но он никогда не отказывается от каких-то предложений, он всегда скажет: либо это круто, конечно, да, всё, супер. Если не круто, то всё, нет, не круто.

М. Антонов: — Так не бывает, когда всё нравится.
Зоя: — Бывает! Я вам говорю: волшебство.

М. Антонов: — Ну…
Зоя: — Я не умею врать, честно.

М. Антонов: — Бывает, что у тебя плохое настроение, вот ты приходишь…
Зоя: — Нет, у меня такого не бывает.

М. Антонов: — Всё, работа – есть работа?
Зоя: — О, даже если у меня плохое настроение, я приезжаю на студию, вижу своих ребят, Сергея Владимировича и всё как рукой снимает. Всё плохое настроение сразу улетучивается и я в раю.

М. Антонов: — Скажи, нет ли двух разных людей: студия, певица, Зоя, концерты, выступления, съемки, клипы? Дома: свитер, пледик, Бодлер, чашечка кофе.
Зоя: — А никто не отменяет на студии свитер и пледик.

М. Антонов: — Ну, там Бодлер немного другой…
Зоя: — В чем вся радость работы с «Ленинградом» в проекте «Зоя» — это то, что не нужно из себя ничего крючить, воротить. Я могу быть полностью собой, и нет никаких возражений. Это то, от чего я больше всего счастлива. Не нужно кем-то притворяться или быть другим человеком. Я – Зоя.

М. Антонов: — Я такая и есть, и в жизни такая же.
Зоя: — Да. Иногда от меня даже устают на студии, но мне приходится сдерживать свой пыл, эмоциональность, это все. Ну, лучше так.

М. Антонов: — Любимая песня «Ленинграда»?
Зоя: — Ой, это трудный вопрос.

М. Антонов: — Можно без женского вокала.
Зоя: — Тогда я могу сказать. Одна из самых любимых, их очень много, наверное, сегодня, на данный момент… Я, кстати, когда ехала, слушала альбом «Мат без электричества» — один из моих любимых. Это будет песня «Страдаю».

М. Антонов: — Неплохо. Я сегодня слушал ехал «Мне бы в небо».
Зоя: — Прекрасная песня.

М. Антонов: — Замечательная. И сколько раз, Зой, ты слышала в свой адрес: ты же девочка. Зачем ты ругаешься?
Зоя: — Ни разу. Читала, но никогда не слышала.

М. Антонов: — Ну, к вам подойти, знаешь, огрести можно, зная вашу… Поэтому лучше на безопасном расстоянии написать. Если зайти в твои социальные сети, можно увидеть записи прошлых лет. Ты совсем не поменялась внешней.
Зоя:— Это радует.

М. Антонов: — У тебя потрясающий голос. Ты поешь как на русском, так и на разных иностранных языках. Я понял, что это – английский.
Зоя: — Возможно.

М. Антонов: — Моих знаний на всё не хватает. И, все-таки, приходилось ломать себя, потому что был представлен проект «Зоя», вы пришли к Ване Урганту, я помню, вы выбрали песню «Ты мой человечек». А потом понеслось. И я все ждал, когда она матюкнется. И она матюкнулась! И я подумал, а до этого не было же…
Зоя: — Потому что до этого я работала в кавер-бендах, у меня не было сольного творчества. Я не могла проявить свою сущность, у меня не было идеального, мега талантливого и гениального наставника как Сергея Шнуров. Представьте, таким прекрасным голосом и любой слово приобретает новый смысл, мне кажется.

М. Антонов: — Было прослушивание перед поступлением?
Зоя: — Я бы не назвала это прослушиванием, это было, скорей… Я приехала на студию, причем, я не знала, куда я еду. Я уже говорила об этом. Меня пригласил мой знакомый, он барабанщик. И когда я приехала на студию, увидела профиль Сергея Владимировича, это, конечно, был такой холодный пот, тремор, но я справилась.

М. Антонов: — Скажи, экзаменов в твоей жизни много было?
Зоя: — Каждый день, да. Так как я приехала в Москву из Краснодара, само собой…

М. Антонов: — Зоя у нас из понаостовавшихся. Раньше мы вас называли «понаехавшие», а теперь вы понаостававшиеся.
Зоя: — Ну, побольше бы таких хороших.

М. Антонов: — Дублей много бывает?
Зоя: — Всегда с первого. Иногда даже полдубля. Нет никаких репетиций, нет никаких обсуждений долгих, что мы там конкретно будем делать. Просто вот садитесь, вот тебе кокошник, вот лошадь, что-то это, поехали. И мы просто летим.

М. Антонов: — Дорогая Зоя, значит, поем про Беглова, полклипа ты под столом сидишь.
Зоя: — Да.

М. Антонов: — А потом хопа!
Зоя: — Да, а вот на припеве – всё!

М. Антонов: — Ты знаешь, когда я этот клип несколько раз смотрел, я смотрел уже на тебя где-то.
Зоя: — Смотрели на кокошник? Так задумано, открою секрет.

М. Антонов: Любовь к Беглову прошла?
Зоя: — Я думаю, целесообразнее узнать это у Сергея Владимировича, так как он петербуржец. Я из другого города. И у меня отношение другое. У меня отношение как у народа отношение ко всем чиновникам, не более и не менее.

М. Антонов: — То есть, будет продолжение сериала или нет, мы не знаем?
Зоя: — Посмотрим.

М. Антонов: — Переезд в большой город – это было решение?
Зоя: — Да.

М. Антонов: — С родственниками…
Зоя: — Нет, это решение одного дня. Я устала, я не знала, что делать. И думаю, что там, наверное, больше музыкантов, они все там классные, вдруг там меня поймут, я хочу что-то вот-вот…

М. Антонов: — То есть, человеческую профессию мы не хотели получать?
Зоя: — Никогда.

М. Антонов: — Эта вот: юрист, бухгалтер…
Зоя: — Какой из меня юрист? Посмотрите на мои клипы. Нет, я певица полностью. От и до. От ногтей до других ногтей.

М. Антонов: — Была песня в «Ленинграде», которая совсем не зашла, вот в твоем исполнении, но, опять же, «Ленинград» — это работа, которая приносит удовольствие.
Зоя: — Ну, само собой, это работа. Но я вообще не могу относится к своей профессии, к вокалу, к концертам как к работе. Я испытываю такое счастье! Не было ни одного, наверное, трека, который уже с моим участием, который вызвал бы диссонанс или…

М. Антонов: — То есть, внутреннего отторжения не было.
Зоя: — Не было. Если бы он был, диссонанс, то я бы не смогла это сделать классно и меня это всегда коробит как-то. Это чувствуется, когда артист не хочет делать что-то.

М. Антонов: — Опять же, артистическая натура – если тебе это не нравится, заставь себя это полюбить. Это по Станиславскому. А внутренний какой-то протест есть.
Зоя: — Я еще не доросла до такого классного уровня, я начинающий артист. И у меня такого нет навыка, чтобы вот полюбить то, что тебе не нравится. Поэтому у меня сразу видно и по лицу, и по поведению, и по манере исполнения, если мне не нравится. Поэтому таких дел еще не было. И я этому рада.

М. Антонов: — Это потрясающе.
Зоя: — Конечно.

М. Антонов: — Это здорово!
Зоя: — Возможно, мы с вами встретимся через десять лет, я буду петь по-другому.

М. Антонов: — Может быть. Такое ощущение, что есть где-то татуировка «Уныние – это тяжкий грех».
Зоя: — У меня нет татуировок, но я бы такую сделала. Спасибо за идею.

М. Антонов: — Нет татуировок?
Зоя: — Нет.

М. Антонов: — Удивительно!
Зоя: — Ни одной.

М. Антонов: — Не сложилось. Хорошо. Недавно был концерт «Ленинграда» в Москве.
Зоя: — Концерт Зои, вы имеете в виду?

М. Антонов: — Нет, был концерт «Ленинграда», в том числе.
Зоя: — Я не знаю про концерт «Ленинграда», я знаю про концерт Зои.

М. Антонов: — А ВКонтакте?
Зоя: — А, ВКонтакте? Да. Так точно.

М. Антонов: — Какие народ больше всего просил песни?
Зоя: — Это был онлайн-концерт. И там гостей, к сожалению, не было.

М. Антонов: — Но там же писали или вы не смотрели?
Зоя: — Я не могла смотреть на онлайн-концерте комментарии, потому что выступала в этот момент. Но я знаю реакцию людей в зале на предыдущем концерте, который был у Зои. Это был самый потрясающий концерт в моей жизни на сегодняшний день. Кстати, уже завтра будет концерт – 1 апреля. Я думаю, что будет гораздо круче.

М. Антонов: — Уже сет-лист готов?
Зоя: — Я думаю над ним, скорее, над порядком.

М. Антонов: — Список песен есть, осталось их распределить?
Зоя: — Есть, но можно что-то добавить, что-то убрать.

М. Антонов: — Если что-то будут кричать…
Зоя: — Однозначно будут.

М. Антонов: — На концерте Зои песни «Ленинграда» исполняются?
Зоя: — В основном это песни Зои из альбома, который называется «Это жизнь», но последние песни, само собой, я не могу не исполнять, потому что они классные и люди их очень любят. На предыдущем концерте «Прощай, элита» да, все кричали. Тот же «Шмарофон», оказалось, что это одна из самых любимых песен людей.

М. Антонов: — Она вызвала разную реакцию…
Зоя: — Вызвала, но хоть не диарею.

М. Антонов: — Вполне возможно, у кого-то и диарею вызвала, потому что, ну… Хейт был за «Шмарофон»?
Зоя: — Знаете, я считаю, что хейт – это не долгосрочная история. Были случаи, когда люди написали какие-то гадости мне в соцсети, а потом они подписывались и листали там предыдущие записи, ставили свои лайки и потом начали мне писать, что вот вообще, извините. Кто-то даже извинялся за гадости. И песня, повторюсь, очень громко звучала из уст зала на концерте. Я даже не пела припев, я просто выставила руку с микрофоном и наслаждалась.

М. Антонов: — А ты чувствовала, что прилетит тебе за эту песню? Тебе, Шнуру.
Зоя: — Конечно, я не боюсь таких вещей. У меня есть, как говорила Алла Борисовна, ластик, я стираю всякие вот гадости, которые пишут. Хейты и прочее.

М. Антонов: — То есть, ты их читаешь, все-таки?
Зоя: — Я читаю только что пишут мне лично. Я очень редко читаю комментарии в YouTube или где-то еще.

Я читаю все сообщения. Если не происходит какой-то сбой, я все читаю. И даже отвечаю. Общаюсь с подписчиками. Мне это очень нравится.

М. Антонов: — Отношение к Ксении Собчак?
Зоя: — Моё?

М. Антонов: — Вот есть песня такая, она живет своей жизнью.
Зоя: — Ну, я не хочу говорить о своем отношении к каким-то публичным личностям, которых я лично не могу оценить, но я знаю, что там был отзыв, по-моему, после форума Ксении Анатольевны.

М. Антонов: — Да, «видели бы вы этот провал на питерском Международном экономическом форуме проекта «Зоя». Провал, про который я из жалости не стала писать».
Зоя: — Да. Это я читала.

М. Антонов: — Цитата от Ксении Анатольевны.
Зоя: — И хочу сказать, мне кажется, что слова «жалость» и «Собчак» несовместимы. И думаю, что если бы это был провал, то Ксения Анатольевна уж точно бы не поленилась и написала бы об этом провале. Но этого не было. И я помню этот форум, помню этот концерт. Это был первый масштабный концерт Зои на такой площадке с такой публикой. Я спускаюсь в зал всегда на своих концертах. И лично смотрю в глаза, слушаю, что люди говорят, как они подпевают или пытаются подпевать. И это был очень классный концерт! И чему подтверждение после многочисленных приглашений на мероприятия.

М. Антонов:— А ты детально помнишь все?
Зоя: — Детально нет. Я помню, как я вышла не на сцену, пошла в зал. Все стояли и смотрели на сцену, ждали с телефонами, что за человек выйдет. А я пошла в самое жерло вулкана.

М. Антонов: — Собрались бизнесмены, да.
Зоя: — Да, я простой человек с микрофоном.

М. Антонов: — Визитки можно раздавать.
Зоя: — Где же вы были раньше!

М. Антонов: — Ну, не берут меня пиарщиком вашим. У вас свои есть.
Зоя: — Этот момент я помню хорошо, когда все начали разворачиваться, слышат голов, звук, а где? А что? И тут я где-то посреди людей. И образовался такой круг из народа с телефонами, это я помню. Я дальше, как вы сказали, все в тумане. Но было прекрасно!

М. Антонов: — Спина мокрая потом?
Зоя: — Все мокрое! Даже сейчас вспоминаю, мне как-то так вот… Ладошки.

М. Антонов: — Есть ли какая-то иерархия в том коллективе, если мы говорим «Ленинград» и Зоя, командир части – Сергей Шнуров. Есть замполит – Зоя. А все остальные – рядовой состав. Или нет, все на равных?
Зоя: — Мы все на равных. У нас идеальный состав. Мы очень классно работаем вместе. И у нас прекрасные отношения. Мы слаженно общаемся, дружим, проводим время, пишем, придумываем. Я чуть больше год знаю всех ребят уже, и у нас за это время не было ни одного конфликта, недопонимания или чего-то подобного. Идеальный состав. Мы все равным. Причем по музыкальной части все могут всегда высказаться, что-то предложить. Все работают очень слаженно.

М. Антонов: — Будем говорить про замечательные клипы.
Зоя: — Гениальны, я бы сказала.

М. Антонов: — Чего там скрывать, есть такое слово – гениальные. Мне лично всегда было интересно, кто эти два гаврика на заднем фоне, кто эта массовка? Я понимаю, что денег на массовку у вас не так много.
Зоя: — Зачем деньги? Это все напускное. Деньги на самом деле никому не нужны. Для счастья полного.

М. Антонов: — Тот же Байден покупает за двести рублей доллар. Кто эти два человека?
Зоя: — Я возьму на себя такую ответственность и раскрою все карты. Это люди из нашего состава, это наши музыканты. Я не буду называть имена. Как назвал один из участников – знаменитейшие чешские тиктокеры. Само собой, это вранье, шутка. Это наш тромбонист и наш клавишник. Иногда состав может меняться. Возможно, будет следующий клип, и мы что-то… будут какие-то новшества в составе.

М. Антонов: — А кокошник, который появляется на твоей голове?
Зоя: — Целых два кокошника.

М. Антонов: — Очень сложно заставить себя смотреть на кокошники, когда у тебя есть и глаза, и декольте. Кокошники – это твое предложение было?
Зоя: — Честно говоря, я не помню. Возможно. Но скорее всего, это Сергей Шнуров был. Это могло быть так: так, кокошник! Точно, как же мы раньше до этого не додумались! И кокошник появился.

М. Антонов: — Спасибо, что не латекс.
Зоя: — Кстати, латекс уже был, вы пропустили. У нас есть прекрасная песня «Манифест», на нее есть клип. Там я в латексе. Так что смотрите. И даже с плеткой.

М. Антонов: — Два кокошника, латекс, лошадка на «Шмарафоне». И при этом все снимается довольно бюджетно. Я видел «Как же хорошо мы плохо жили». Сергей сам снимал на мобильный телефон. Хотя мне кажется, что там качество записи намного лучше, чем на мобильный телефон.
Зоя: — Это мобильный телефон. Все последние клипы сняты на телефон, на той же студии, где мы пишемся, репетируем, играем, придумываем, создаем.

М. Антонов: — Творческая единичка в большой семье вашей – ты единственная? Остальные родственники тоже имеют отношение к творчеству?
Зоя: — Мои родители вообще никак не музыкальные. Отец закончил музыкальную школу когда-то очень давно. Но люди никак не связаны с музыкой.

М. Антонов: — Когда с родителями разговариваешь, бывает такое: а наша-то… Да, вот…
Зоя: — Конечно, само собой. Я подпитываю их этим: смотрите! Не зря уехала. Они меня всегда поддерживали.

М. Антонов: — Не было такого: дочь, возвращайся домой.
Зоя: — Никогда. Наоборот…

М. Антонов: — Дочь, возьми нас.
Зоя: — Конечно, скучают. Особенно моя бабулечка, она очень скучает по мне. Но она смотрит все клипы, все песни, выступления.

М. Антонов: — И снова к мату возвращаемся.
Зоя: — А что тут поделать?

М. Антонов: — Бабушка наверняка такие слова знает.
Зоя: — Чуть-чуть корвалола, и нормально, уже привыкли все.

М. Антонов: — Когда приходится выступать, можно ли слова поменять?
Зоя: — Вы имеете в виду цензуру? Таких еще требований не поступало на концертах. Все же знают, что это за артист, что за песни.

М. Антонов: — Мы можем вспомнить песню «Экспонат». Я думаю, что в «Финита ля комедь!» просто «офигеть», «охренеть», «обалдеть».
Зоя: — Можно много подставить. Но такого задания еще не было. Я не люблю выкидывать слова из песни. Это меняет окрас.

М. Антонов: — «Прощай, элита!» у нас в хит-параде дважды уже была на первом месте. Это шикарно. Отношение к тем, кто уезжает? В песне оно выражено.
Зоя: — Я не скажу, что я понимаю, но я ни в коем случае не осуждаю. Я вообще никого не осуждаю. У каждого есть право и выбор, как себя вести в трудное для станы время.

М. Антонов: — То есть осуждения от тебя не дождешься?
Зоя: — Нет.

М. Антонов: — А слов поддержки? Валерий Меладзе выступил. Сейчас на него просто волна хейта. Кого-то поддержать?
Зоя: — Я из Краснодара. У нас там принято, что мужчины поддерживают женщин, мужчины защищают женщин. А иначе – я не знаю.

М. Антонов: — Дралась в детстве?
Зоя: — Никогда не дралась. Когда-то в школе какому-то мальчику по башке чем-то зарядила, и все. Это не драка, легкий флирт.

М. Антонов: — А за тебя дрались?
Зоя: — Нет, к сожалению. Пока, я надеюсь. Я все жду.

М. Антонов: — Кого ждешь, зачем ждешь?
Зоя: — Драки жду. Кто за меня подерется.

М. Антонов: — А есть шанс? Драться нужно с какими-то перспективами.
Зоя: — Звучит.

М. Антонов: — Чего просто так драться?
Зоя: — Согласна. Это оставим за кадром. Не знаю.

М. Антонов: — Есть ли какое-нибудь выражение матерное, которое ты узнала только в группировке «Ленинград»?
Зоя: — Повторить?

М. Антонов: — Ты можешь букву первую сказать.
Зоя: — Я вам так скажу: мы сошлись характерами. И все друг о друге узнали. Сюрпризов пока не было. Пока никто никому ничего нового не сказал.

М. Антонов: — Ни Шнуров ничему не научил, ни ты?
Зоя: — Я? Да боже мой, вы что! Если вы найдете человека, который научит Шнурова какому-то матерному слову, пожалуйста, познакомьте меня с ним.

М. Антонов: — В реальной жизни от тебя ненормативную лексику можно услышать? Понятно, когда кирпич на ногу упадет, мы все скажем: ах, какая досада!
Зоя: — Да, я человек достаточно эмоциональный. И иногда могу свою эмоцию высказать словцом. Бывает.

М. Антонов: — Обидеть тебя легко?
Зоя: — Нет.

М. Антонов: — Я превращусь в плохого журналиста. Зоя, я послушал ваши песни, это же говно полное, простите.
Зоя: — Ну, да, значит, говно. Но я продолжу их петь. Ничего страшного.

М. Антонов: — Это не будет конец интервью? Имеет человек право на такое мнение?
Зоя: — Наоборот, мне интересно: а чего говно-то? А чего не так.

М. Антонов: — Есть Чайковский, который не пел.
Зоя: — Все в контексте жанра. Я люблю обсуждать, люблю полемику. Но обидеть – нет. Зачем обижаться? На мнение обижаться странно. Можно обидеться на оскорбление, ответить. А на мнение – нет.

М. Антонов: — Первая вокалистка «Ленинграда», которая удостоилась отдельного упоминания, «Ленинград» и Зоя».
Зоя: — Кстати, точно.

М. Антонов: — Как?
Зоя: — Потому что «Зоя» — это новый продюсерский проект Сергея Шнурова. У меня есть свой альбом. Куча классных песен. Альбом «Это жизнь». Но он не для детских ушей. А потом произошла вот эта волшебная интеграция, как-то само собой все завертелось, закрутилось. Чему я, безусловно, дико рада. Поэтому так это все и вышло.

М. Антонов: — Для меня группа «Зоя» и исполнительница Зоя – это что-то вневременное. Они могут и через десять, и через двадцать лет быть. Проект, на мой взгляд, это что-то, что должно завершиться. Мы начали проект, когда-то мы этот проект закончим. Это говорит о том, что у проекта «Зоя» есть финальная точка?
Зоя: — Наверное, она есть. Но я вообще об этом пока не думаю. Все только начинается. Только рельсы смазали.

М. Антонов: — То есть Шнуров не говорит: так, Зоенька, три альбома пишем, и дальше все, свободное плаванье.
Зоя: — Вообще нет никаких ограничений, нет плана конкретного. Может быть, он есть, но я о нем конкретно не знаю. И мне это очень нравится. Мы едем и едем. Кайфуем, пишем и живем.

М. Антонов: — Предыдущих солисток ты изучала, чтобы не быть на них похожими?
Зоя: — Такого не было.

М. Антонов: — Но ты знаешь, что были предыдущие?
Зоя: — Конечно, я знаю. Я слушала. Я же фанатка «Ленинграда», я очень люблю эту группу. Слушала. Для меня Юлия Коган, бывшая вокалистка «Ленинграда», это была первая вокалистка, которую я услышала. Это был альбом «Хна», по-моему. Не то чтобы я изучала. Кстати, с собой параллели я не проводила, что, наверное, странно. Может быть, это надо было сделать.

М. Антонов: — Просто не делать так, как делают они, я буду другой.
Зоя: — Нельзя так, так не получится. Все разные, как люди, артисты. Есть тембр, есть какие-то собственные фишечки или штуки.

М. Антонов: — Нынешние участники «Ленинграда» — это кто? Там старый состав остался? Или все новички?
Зоя: — Насколько я знаю, это новый состав. Это состав «Зои», с которым мы играем, также ребята из «Ленинграда». Вернее, это состав «Ленинграда», а также они со мной играют. Это потрясающие музыканты. Очень крутые ребята.

М. Антонов: — Ты владеешь инструментом? Кроме голоса?
Зоя: — Да.

М. Антонов: — Сесть и написать песню? А потом скромно прийти с домашним заданием и сказать…
Зоя: — Кстати, можно это сделать. Я еще не пробовала. Но я думаю, что Сергей Владимирович никогда не откажет хотя бы просто показать или что-то сделать. Если это будет классный материал… Но я просто так не умею, как умеет это Сергей Шнуров. Потому что так никто не умеет, мне кажется, в мире.

М. Антонов: — Да, но это будет Зоя, а не Шнуров.
Зоя: — Она есть и так.

М. Антонов: — И написать песню о любви.
Зоя: — Зоя о любви говорит немножко другим языком.

М. Антонов: — Мы знаем.
Зоя: — Я об этом думаю, это чувствую, но вот выразить пока не могу. Я учусь.

М. Антонов: — Очень многие любят сейчас делать кавер-версии. Будет ли у проекта «Зоя», у Зои какая-нибудь кавер-версия?
Зоя: — Не вижу в этом необходимости. Но всякое может быть. Кстати, на завтрашнем концерте я хочу исполнить одну песню «Ленинграда». Но какую – не скажу. Надо приходить на концерт. Это будет классно.

М. Антонов: — Концерт пройдет 1 апреля. Дальше что-то известно?
Зоя: — Дальше будет концерт, насколько я знаю, 13 мая. По-моему, это будет Мумий Тролль music bar. И 3 июня. Это все московские концерты.

М. Антонов: — А когда по городам, по весям?
Зоя: — В ближайшее время. Я не знаю, я артист, мне ничего не говорят. Мне сказали: иди, пой. Я пошла.

М. Антонов: — Самый далеко идущий план у певицы Зои?
Зоя: — Концерт на Луне хочу.

М. Антонов: — Это к Илону Маску. На сколько планируешь свою жизнь?
Зоя: — Я вообще не планирую. Не люблю я никакие планирования.

М. Антонов: — У тебя ежедневник есть?
Зоя: — Какой ежедневник? У меня даже, вон, заметки пустые. Там только тексты да диктофонные записи. Я живу сейчас. Сейчас хорошо – и пусть это хорошо будет сейчас. Главное – не забывать про важные дела. А что-то планировать? Планы все могут пойти туда или сюда. Все может меняться. И нужно в соответствии с этими изменениями как-то себя настраивать.

М. Антонов: — Если я тебе сейчас позвоню на телефон, у тебя какая музыка заиграет?
Зоя: — Стандартный рингтон.

М. Антонов: — Ну как…
Зоя: — Я слишком глупая, я даже не знаю, как переставить рингтон.

М. Антонов: — И будильник у тебя…
Зоя: — У меня что-то такое мерзкое.

М. Антонов: — Спасибо тебе! Забавное интервью получилось. Больше песен хороших и разных. Ты молодец. Добро пожаловать в наш «Хит-парад». Мы будем ждать каждую неделю ваши новинки.
Зоя: — Не сомневаюсь, что они будут.

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Добавить комментарий

18 − восемь =